Ухаживание продолжалось, постепенно Эсти включилась в игру и даже начала испытывать удовольствие от самого предвкушения будущих интимных утех. Ее состояние походило на эйфорию, и, когда долгожданный момент наконец наступил, она не разочаровалась – о нет! Напротив, такой сказочной близости у нее никогда не было. Действительность превзошла все ожидания. Между Эсти и Гейбом обнаружилось такое взаимопонимание, что просто дух захватывало. Если и существовали на свете идеальные партнеры, то это были они.

Вдобавок у них во многом совпадали вкусы. И в области живописи – оба любили импрессионистов, – и в сфере литературы, и в том, что касалось кино, музыки. Они частенько устраивались в обнимку на диване и слушали диски с записями современных рок-групп. Кроме того, Гейбу нравился традиционный джаз, в частности стиль бибоп, и он заслушивался руладами трубача Диззи Гилеспи, против чего Эсти совершенно не возражала. Она же любила так называемую музыку для релаксации, где присутствовал саксофон. И Гейб слушал это вместе с ней. Вернее, под такие мелодии они чаще всего занимались любовью.

С момента их знакомства прошло не так уж много времени, но они стали так близки, что Эсти с трудом вспоминала, как же она жила без Гейба. Да и тот стремился проводить с ней как можно больше времени.

Правда, с его работой это не всегда удавалось. Часто Гейбу приходилось уезжать в командировки, порой на несколько дней, и тогда Эсти ходила как в воду опущенная, несмотря на то что он звонил ей каждый день.

Но в конце концов Гейб приезжал обратно в Колумбус, и Эсти словно оживала. К ней будто возвращалась радость бытия, и она вновь обретала смысл жизни.

Им было удивительно хорошо вдвоем. Ни один из них никогда не принуждал другого делать что-нибудь такое, чего тому не хотелось. Гейб был неизменно внимателен, предупреждал любое желание Эсти, которая очень это ценила.