руками живот и постаралась глубоко дышать, заставляя себя расслабиться и контролировать ситуацию. Когда боль отпустила ее, она тяжело осела на сиденье.

— Мэм, до Мидлэнда еще около сорока миль. Нам туда не успеть. Когда у вас начались схватки? — мужчина говорил мягко, спокойно.

— Я остановила машину сорок пять минут назад. У меня и до этого были боли, но я решила, что это по другой причине.

Его красиво очерченные яркие губы чуть дрогнули в улыбке, и Ли заметила морщинки в уголках глаз, которые возникают от частого смеха.

— И никто не остановился, чтобы помочь вам?

Ли покачала головой:

— Мимо проехали только две машины, но они, увы, даже не сбавили скорость.

Мужчина оглядел ее серебристо-синюю, под цвет глаз хозяйки, малолитражку и спросил:

— Вы сможете идти? Если нет, то я вас понесу.

Куда это он собрался ее нести? Мужчина прочитал этот вопрос в ее глазах.

— Вы можете лечь в кузове моего пикапа. Это, конечно, не родильная палата, но малышу там понравится, тем более что ничего лучшего он не видел.

На этот раз он улыбнулся по-настоящему. Сверкнули белоснежные зубы. Лучики морщинок казались очень светлыми на загорелой коже.

И Ли поняла, что при других обстоятельствах она бы нашла это лицо очень привлекательным.

— Думаю, что я смогу идти, — она начала поворачиваться на сиденье, и мужчина предусмотрительно сделал шаг в сторону. Когда Ли встала, его крепкая рука обхватила ее когда-то такую тонкую талию. Она с благодарностью прижалась к нему.

Медленно, осторожно они двинулись по шоссе. Удушливая жара горячими волнами налетала из восточных районов Техаса. Ли едва могла вдыхать раскаленный воздух.

— Держитесь. Осталось совсем чуть-чуть. — Его дыхание коснулось ее влажной щеки.

Ли сосредоточила все внимание на ногах. Длинноногий мужчина довольно забавно пытался подладиться под ее короткие неуверенные шаги. Пыль от засыпанной гравием обочины поднималась клубами, покрывая и ее пальцы с отличным педикюром в открытых сандалиях, и потрескавшуюся кожу его видавших виды ковбойских сапог.